Точка невозврата

К середине третьего месяца я перестал спать по ночам. Я метался в кровати, слушая, как ровно дышит Оля. Мозг прокручивал: либо я сегодня вечером пишу Татьяне, либо нет. Если пишу – она ответит, и мы поедем на дачу или в машину. Если не пишу – она обидится и начнёт молчать завтра весь день. А её молчание для меня хуже крика.