Андрей стоял перед ней, уже не тот блестящий гвардеец с бала, а солдат, готовый уйти в неизвестность. Шинель цвета мокрого асфальта сидела на его широких плечах идеально, но казалась чужой, доспехом, который он надел не по своей воле.