
Сергею сорок один. Он лежит в больничной палате уже полтора года – прикованный к кровати, с потолком, на котором двадцать шесть плиток и одна трещина, ставшая единственным пейзажем. Ночами память ведёт его назад – на север, в 1992 год, в жизнь тринадцатилетнего мальчишки, у которого не было дома.
Барак и ночёвки под чужой лестницей. Сорок градусов за окном и ворованные коврики вместо одеяла. Гаражи, приёмный покой после побега по верёвке, побеги из дома с шести лет. Мальчишка, который был пятым в семье из четырёх – и которого нет на единственной семейной фотографии.
Он не просил у родителей помощи ни разу в жизни – и не умеет просить до сих пор. Он воровал не потому, что хотел, а потому что был голоден.
Это история без прикрас и без оправданий. Горькая, неровная, местами стыдная – но настоящая. История о том, как выживает ребёнок, которому не нашлось места, – и о том, что «лишний» – не приговор, если хватило сил дожить до вопроса: а для чего я всё-таки жил?