
Он думал, что самое страшное уже позади. Он выбрался со дна, написал две книги, превратился из «пустого места» в голос поколения циников и даже – о чудо из чудес – позволил себе полюбить женщину, которая когда-то была просто его редактором. Четырнадцать правил, выведенных на обороте аптечного чека, работали безотказно.